Илья Клеймёнов (adderley) wrote,
Илья Клеймёнов
adderley

Categories:

Корина Мбараки

DSC_0081

Вы хотели бы навсегда переехать жить в Африку, в 3 года от роду? Без мамы и папы, без Родины и флага? Так бывает в жизни.

Корина Мбараки (по отцу) 24 года, живет на Мадагаскаре в Антананариву. Судьба этой белой девочки невероятно трагична.

Факты о Корине:

  • Родилась в Москве

  • Папа - Жорж Мбараки (малагасиец) в то время студент Московского Геологоразведочного Института им. Серго Орджоникидзе

  • Мама - Рената (словачка), студентка того же института

  • 23 ноября 1993 года папа вместе с 3-летней девочкой улетел на Мадагаскар

  • Корина не видела мать уже 21 год

  • Папа с тех пор страдает психическим расстройством и не принимал участия в дальнейшем воспитании ребенка

  • Мама живет и работает в Праге, занимается экспортом шахтного оборудования в Россию

  • Год назад Корина родила дочку. Ее зовут Эрика

Недавно Рената написала мне письмо и попросила разузнать правду о ее дочери. Я встретился с Кориной.

Под катом письмо Ренаты с ее рассказом о тех событиях и фотографии сегодняшней жизни девочки.


Прага, 05.7.2014г.

Добрый день, Илья.

Постараюсь более подробно написать Вам про свою жизнь в Москве, хотя это был длинный период, и для того, чтобы все написать понадобиться не один лист бумаги…

В 1983 году меня приняли на учебу в Москву в «Геолого - разведочный институт Серго Орджоникидзе». Для меня исполнилась моя мечта - с детства занималась русским языком и очень хотела продолжить учебу в России.
На втором курсе познакомилась с Жоржем, вместе учились в одной группе и с самого начала понимали друг друга с полуслова, хотя я приехала из Словакии, он из Мадагаскара.

Жорж был моей первой любовью, и нам казалось, что мы вместе выросли где-то рядом в одном городе, я приняла его традиции и стиль жизни, он мои. В Москве учился и его брат, сестра, еще один младший брат учился в Санкт-Петербурге. Мы часто посещали друг - друга, так, что про Мадагаскар узнала многое, понимала, что меня ожидает, и главное, что важно всегда уметь найти компромисс между жизнью на Мадагаскаре и моей в Словакии.

Нам очень повезло с родителями. Мои родители никогда не решали вопрос кто Жорж и откуда. Для них это был родной человек с самого начала, так как Жорж был воспитанным, интеллигентным человеком и всегда уважал старших, их мнение. Его родители нас благословили и папа даже, написал моему отцу официальное письмо с подтверждением, что они не против брака их сына со мной. Я их очень уважала. К сожалению, мама Жоржа умерла еще до нашей свадьбы и это, наверное, и повлияло на весь ход событий, которые произошли в семье уже позже.
На четвертом курсе обучения в институте закончила степень бакалавр и поняла, что геолог это не мое призвание и пришлось вернуться в Словакию на один год, с тем, что мы планировали позже пожениться.
В течение года писали каждый день друг другу письма, и спустя год я приехала в Москву, чтобы оформить все документы. Это было нелегко, но нам помогли друзья, наша любовь.

Мы были оба уверены, что теперь будет все хорошо, Жорж закончил учебу, и я спустя полгода узнала, что беременна. Планировали остаться в Москве, по крайней мере, пока не сможем решить, что делать дальше. Про Мадагаскар мы говорили часто, но, что бы туда уехать в ближайшее время, не обсуждалось. Я не хотела влиять на принятые решения Жоржа, я была готова уехать за ним, куда он сам решит. Это была наша семья.

Я стала замечать определенные странности за Жоржем спустя год после свадьбы. Он стал более замкнутым, нервничал и начал меня убеждать, что его преследуют. Сначала я думала, что это связано с усталостью, много работал.

Но постепенно начала понимать, что, что-то не в порядке. Жорж мне сам сказал, что чувствует себя плохо, и я обратилась к знакомой, которая посоветовала мне врача, к которому и обратились. Тот мне сказал, то, что я не могла предположить и в страшном сне. Оказывается, Жорж должен был еще в детстве заболеть шизофренией, болезнь видимо уступила и теперь спустя 10 лет проживания в России вернулась.

Жорж сам понимал, что он опасен, так как когда у него начался приступ, он мог вести себя не адекватно, не хотел быть опасным для нас и согласился лечь в больницу на обследование.

Коринке, дочери было тогда полтора года.

Я понимала, что должна позаботиться о семье и главное, врач предупредил, что в больнице может находиться долго.
Я нашла работу, при посольстве Чехословакии , в Торгово-техническом центре, после работы ездила к Жоржу в больницу и вечером забирала Коринку у няни – так как в детский сад не возможно ее было тогда определить. И так каждый день кроме выходных - полтора года…

2.
Сама сегодня удивляюсь, как смогла все это выдержать, но мы были молодые, и главное я понимала одно, Жорж дорогой мне человек и он должен был вылечиться.

Я, к сожалению тогда мало-что знала про шизофрению. Это потом, когда встречалась с главным врачом больницы, и с другими врачами поняла, что эта болезнь не лечится, ее можно приостановить, но всю жизнь будет под медицинским наблюдением. И самое главное, я опасалась за здоровье дочери, которая могла получить болезнь по наследству. Обращалась к врачам, слава богу, обследования этого не подтвердили и могу только надеется, что с ней будет все в порядке.

Естественно я обижалась тогда в первую очередь на семью Жоржа, ведь они никогда не говорили о том, что было с Жоржем в детстве и самое главное, после того как он попал в больницу они отказывались говорить об этом и понимать, что Жорж болен и я осталась на все одна. Оба мои родители умерли полгода до того, как Жорж лег в больницу и сообщать, что - либо на Мадагаскар было не возможным - Он не хотел беспокоить семью.

Так прошло полтора года, и Жорж то приезжал домой, то опять лежал в больнице. Наконец меня пригласила к себе главный врач, которая мне объяснила, что если Жорж будет еще, хотя бы полгода принимать те таблетки, которые принимает, он может умереть от разрыва сердца. Единственным возможным решением - вернуть его на Мадагаскар, где в домашней обстановке и с лечением он может и дальше продолжать свою жизнь.

Это были самые трудные дни в моей жизни. Мне нужно было в течение трех дней принять решение, оформить все документы, авиабилеты. Я понимала, что мне нужно обязательно спасти его, но также чувствовала, что могу его и потерять.

Жорж сам этого понимал, и отказался лететь без Коринки. Мы хотели сначала лететь втроем, но у меня был контракт с посольством, я должна была работать еще 6 месяцев.

Наконец решили, что полетит с дочкой, и я прилечу за ними спустя 6 месяцев, когда закончится контракт.
Я очень благодарна деканату нашего института, которые мне помогли в сжатые сроки оформить авиабилеты и документы для Жоржа и Коринки и они смогли улететь 23.11.1993 года в Антананариву на Мадагаскар. Коринке было 3 года. После того как прилетели Жорж сообщил мне, что все в порядке и ждет меня.

За месяц до моего отлета на Мадагаскар я оформила авиабилет в одну сторону и позвонила Жоржу, сообщила дату вылета. Он был по телефону очень взволнован, плакал и сказал мне, что не хочет испортить мне жизнь, очень меня любит и просит подождать еще с отлетом. Я ему неоднократно повторяла, что для меня важен он и дочка и, то, что меня ждет, не может нас остановить, мы должны быть вместе. Просил меня подождать, и связь оборвалась.

После этого звонка, я не смогла больше связаться с ним, и поговорив с семьей в Антананариву я поняла, что меня там не ждут и все решили без нас. При полном отсутствии, какой либо информации о Жорже и Коринке я прожила долгих 8 лет. Жорж мне прислал еще пару писем, в которых пытался объяснить мне ситуацию у них в семье, писал, что о Коринке все заботятся и с ней будет все хорошо…но без меня.

Я старалась справиться со всем этим и даже понимала Жоржа и его семью. Не могла только понять одно - почему мне Коринку не вернули обратно в Москву, если не хотели, чтобы я прилетела на Мадагаскар, это ведь семья, где родителей и детей уважают, помогают друг – другу заботятся о них, и этого я им простить не могла долгих 20 лет. Я писала письма, посылала посылки - ведь адрес у меня был (до сих пор так и не узнала, получила ли Коринка все эти посылки).

3.
Когда было Коринке 12 лет, неожиданно получила письмо от нее – на конверте был мой адрес написанный рукой Жоржа. Она писала, что воспитывает ее тетя Элеонора и дядя Аристид, она им за все благодарна, что папа ей рассказал всю правду обо мне, и она очень хочет со мной увидеться.

Я пыталась опять связаться с семьей Жоржа, но мне было сказано, что с дочкой все в порядке, они о ней заботятся и, что Жорж в санатории, чувствует себя хорошо и вся семья помогает ему. Коринка учиться, о ней заботятся, менять, что-либо в ее возрасте нет смысла.

Не хочу писать про годы, которые прошли без Коринки и Жоржа в Москве. Благодаря друзьям, работе я смогла преодолеть невыносимую боль в сердце и приступы, когда нечем дышать – это поймут только те, кто пережил тоже самое.

Полтора года тому назад связался со мной младший брат Жоржа, Роберт, который знал меня, так как приезжал к нам в гости из Санкт-Петербурга. Я ему благодарна, что, наконец-то спустя 20 лет смогла наладить контакт с дочкой и, теперь и внучкой Эрикой, хотя это будет очень длинный путь к взаимопониманию, я счастлива, что он закончился для меня хорошо.

Я всегда буду благодарна Жоржу за все годы, прожитые с ним в Москве, за все, что для меня сделал, за Коринку, и всегда буду ему желать только добра.

Сегодня могу сказать всей семье на Мадагаскаре, что я их поняла и понимаю, всегда буду уважать несмотря ни на что, и если поняли они меня, этого я не знаю но надеюсь, что в будущем сможем больше понимать друг - друга.

Я благодарна богу, что я смогла преодолеть все это, понять семью Жоржа, себя, найти в Москве дорогого мне человека Диму, который помог мне справиться со своей болью и помог со своей семьей понять, что в жизни все будет хорошо, только надо в это верить.

У меня сегодня замечательная семья, стараемся помогать Коринке, и я жду, когда смогу вновь узнать новости про свою семью на Мадагаскаре….

Renata Mbaraky
"


2. Я позвонил Корине, мы встретились на окраине Антананариву, откуда поехали к ней домой. Это просила мама - она просила меня показать, как живет ее дочь.
DSC_0075

3. Портной, сосед по двору. Тут и спит - 3 квадратных метра квартира.
DSC_0069

4. Это двор. Прямо - стол для стирки белья. Разноцветные ведра под ним - ночные горшки.
DSC_0019

5.Туалет на улице.
DSC_0020

6. Вход в квартиру Корины.
DSC_0022

7. На кухне нас встречает ее подружка. Со слов Корины - "единственный родной человек".
DSC_0023

8. В этой комнатке нет мебели. Так бывает: комнатка есть, а мебели нет.
DSC_0025

9. В спальне матрац на полу.
DSC_0027

10. Сложно сфотографировать маленькую комнатку.
DSC_0028

11. Окно. Надпись на фотографии: "Входя в этот дом, оставь снаружи лицемерие".
DSC_0029

12.
DSC_0037

13. Гардероб.
DSC_0038

14. Другое окно.
DSC_0041

15. Вид из окна.
DSC_0044

16.
DSC_0048

18. Кухня.
DSC_0059

19. Вид с крыльца.
DSC_0061

20.
DSC_0062

21.
DSC_0085


Видео для мамы (субтитры мои):



пс. Корина воспринимает Мадагаскар, как тюрьму и не понимает ЗА ЧТО???

псс. Сегодня со мной связались малагасийские родственники Корины. Они говорят, что девочка сейчас не в себе из-за многих факторов. И еще они говорят, что Рената сама бросила дочку "на ржавые гвозди". Вначале кинула ее в России, а потом не захотела приезжать и забирать. Тетя Корины предлагала неоднократно Ренате забрать дочь, но та отвечала, что давно замужем и муж не одобрит. И абсолютно никак не помогала на протяжении 20 лет, ни морально, ни материально.
Tags: Мадагаскар, СССР, истории
Subscribe
promo adderley march 2, 2013 16:30 24
Buy for 100 tokens
В годы учебы в Suisse Jazz School, был у меня друг - Доминик. Летом 2007 собрались мы с ним в Сибирь на рыбалку. Маршрут был такой: Берн-Женева (поезд), Женева-Москва-Новосибирск (самолет). В Новосибирске было запланировано два концерта, в филармонии и в академгородке.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 75 comments